Когда в Запорожье раздаётся взрыв, первые минуты всегда решающие. Ещё до приезда медиков и спасателей на месте часто появляются патрульные полицейские. Они не только перекрывают дороги и охраняют периметр, но и вытаскивают людей из-под завалов, накладывают турникеты, успокаивают тех, кто в панике. Мы решили расспросить патрульных, как изменилась их работа после начала полномасштабного вторжения и с какой дополнительной нагрузкой и ответственностью им приходится сталкиваться каждый день.
"Я остаюсь в профессии, потому что есть желание помогать людям": история запорожского патрульного
11:00, 6 февраля
Общество «Когда был первый прилет, мы сразу поехали сюда. Подъехали за дом и пытались понять, есть ли пострадавшие. А затем начались повторные удары – ракеты, дроны. В мгновение ока ракета частично разрушила это общежитие», - вспоминает Арут, стоя у здания общежития на Правом берегу города, пострадавшего во время одной из самых массированных атак.
Аруту Арзуманян 34 года. Он патрульный полицейский из Запорожья. До войны его рабочий день состоял из оформления ДТП, профилактики правонарушений, реагирования на вызовы о воровстве, грабежах, семейных конфликтах и других бытовых инцидентах. Сегодня его главная задача - нестись на место очередного прилета, вытаскивать людей из-под завалов, накладывать турникеты под обстрелами и эвакуировать тех, кто сам не может выйти. За четыре года полномасштабной войны профессия патрульного изменилась, поскольку прибавилось немало новых задач и вызовов.
Путь от зубного техника до патрульного
Арут пришел в патрульную полицию в 2017 году. До этого работал зубным техником, но сидячая и однообразная работа в кабинете его не устраивала.
Хотелось больше работать с людьми, помогать, общаться. У меня в то время многие друзья работали в патрульной полиции. Это меня побудило изменить род деятельности. Я прошел отбор, закончил Академию патрульной полиции и пошел работать на линию. Меня поддержал коллектив, очень сильно помогали, давали наставления», - говорит инспектор.
До полномасштабного вторжения типичный день патрульного состоял из реагирования на ДТП, мелкие правонарушения, раскрытие преступлений по горячим следам - грабежи, кражи, угон автомобилей. После 24 февраля 2022 все изменилось.
Арут вспоминает, что 24 февраля у него должен быть выходной. В 1:00 ночи всех подняли по боевой тревоге. Все сотрудники прибыли и ждали дальнейших распоряжений. В коллективе были уверены, что речь идет, вероятно, об учебной тревоге, но в 4:00 начались массированные обстрелы и все поняли, что наступила совсем другая реальность.
«Мы сразу вступили на службу в экипаже. Первые дни почти не приезжали домой, спали несколько часов. На железнодорожном вокзале приходилось буквально приводить в чувство толпу, чтобы люди могли сесть в поезда организованно», - вспоминает он.
Что изменилось в работе патрульных
Сегодня патрульные первыми прибывают на места прилетов - часто во время воздушной тревоги, которая в последние дни звучит в Запорожье почти круглосуточно.
«Когда знаем, что в дом попали и там люди, то едем сразу, не ждем отбоя. Достаем из завалов, оказываем первую медицинскую помощь, эвакуируем, чтобы не завалило повторно. Затем огораживаем территорию, перекрываем дорогу, координируем "скорую", ГСЧС и коммунальные службы», - говорит Арут.
После начала полномасштабной войны работа патрульных значительно вышла за пределы привычных функций. Теперь им приходится вытаскивать людей из квартир, где после взрывной волны заклинает дверь – жилье может быть почти невредимо, но жители оказываются заблокированными внутри, и тогда спасать приходится через окна. Патрульные заходят в задымленные подъезды, пытаются потушить пожар еще до приезда ГСЧС, если позволяют условия и помогают спасателям разбирать завалы, когда бетонные плиты продолжают падать уже во время работ. Всё это происходит почти всегда под угрозой повторных ударов. Параллельно они перекрывают дороги во время массированных обстрелов, чтобы гражданские не заезжали в эпицентр и не подвергали себя дополнительной опасности.
Кроме работы на местах прилетов, появились и другие вызовы, которых раньше было гораздо меньше.Из-за блекаутов резко возросло количество ДТП, ведь водители не видят пешеходов в темноте, не учитывают гололед, некоторые до сих пор ездят зимой на летней резине. Отдельная проблема – это нетрезвые водители, которые садятся за руль даже во время комендантского часа. Значительно стало больше и вызовов, связанных с оружием и гранатами у военных - такие ситуации требуют максимальной осторожности и холодной головы.А еще в топе правонарушений остаются вызовы по поводу домашнего насилия: патрульные приезжают на семейный скандал, разбираются с агрессией в квартире, в то же время слыша над головой пролет «шахедов» и понимая, что за несколько кварталов может быть совсем другой, гораздо более опасный вызов.
«Первоочередные вызовы – касающиеся угрозы жизни и здоровью людей. Бывает, стоишь в квартире, где семейный конфликт, а над головой летят "шахеды". Весь город в тревоге, а люди ссорятся из-за рюмки», - с горькой иронией говорит Арут.
Самые трудные моменты
С Арутом мы стоим у воронки рядом с общежитием на Правом берегу, где 30 октября пострадали люди во время одного из многих прилетов по городу. Тогда их экипаж приехал первым на место атаки. Во время этой ракетной атаки погибли двое, а пострадали 17 человек, в том числе шестеро детей.
В момент, когда патрульные начали работать внутри здания, ни медиков, ни спасателей еще не было. Повторные удары продолжались еще некоторое время на этом участке и рядом. Плиты падали уже при разборе завалов.
«Когда прилетело, то мы были вот за этой многоэтажкой где-то в 50 метрах. Сюда попала ракета "Искандер". Все было разбито, вывалены рамы с окнами, в квартирах все перевернуто. Мы входили в дом и помогали людям. Здесь и пожилые люди проживали, была женщина с новорожденным малышом. У многих были осколочные ранения. Медицинскую помощь оказывали на месте – накладывали турникет, давящую повязку. Когда людей много, то действовать нужно по согласованному алгоритму. В первую очередь оказываем помощь людям с массивным кровотечением. Кто может идти сам – отходит в сторону, чтобы не мешать. Лежачих, пожилых – выносим из мест опасности», – рассказывает патрульный.
За годы войны Арут видел и то, что не забывается: тела, которые невозможно узнать, разрушены многоэтажки, удары рядом с домом. Самое страшное – это видеть людей с оторванными конечностями.
«Запоминаются негативные моменты, когда приезжаешь на вызов и видишь раненых, очень тяжелых, фактически тела разорваны… Очень ужасно. Я до сих пор помню, как на одном из прилетов в пятиэтажке просто невозможно было разобрать, где люди», - вспоминает полицейский.
Во время одного из "прилетов" Арут только что вернулся домой из смены, когда услышал взрыв, вышел и сразу начал помогать людям из соседнего дома, пока не приехали экстренные службы и коллеги.
«В моменте не думаешь о страхе. Только когда отъезжаешь от места, понимаешь, что могло прилететь повторно и завершиться всё иначе. Но во время работы об этом не думаешь, – говорит Арут.
Сейчас наш герой работает в паре со старшим напарником. Говорит, что постоянно держат друг друга в поле зрения, особенно на прилетах. Во время работы приходится наблюдать очень разные реакции на стресс у людей.
«Случается, что жена уже спустилась и находится внизу, а муж остался в квартире. В этот момент вспыхнул пожар. Она кричит и пытается лезть в дым. Ты ее сдерживаешь и объясняешь, что туда идут спасатели. А потом, когда уже есть возможность поднимаешься сам и слышишь от этого мужчины: "Мне здесь хорошо, я никуда не уйду"», - говорит Арут.
Отдельный вызов – нехватка людей в ведомстве, что также повлияло на нагрузку патрульных. Экипаж Арута работает по всему городу, есть экипажи, которые имеют четко определенную зону ответственности в одном районе. Когда начинаются вражеские атаки, на место отправляется ближайший экипаж и оперативно предоставляет информацию, нужна ли дополнительная помощь.
Во время разговора рация Арута не умолкает ни на минуту. Через его ответы прорываются короткие сообщения: о направлениях движения БПЛА, очередном ДТП, новых нарушениях.
"Отношение людей к патрульным очень разное. Когда приезжаешь на "прилеты" и помогаешь людям, они, конечно, относятся с благодарностью и добротой. Но есть ситуации, когда мы выносим определенные административные материалы, например, когда водитель находится в состоянии опьянения или создал какое-то нарушение дорожного движения. И в таких случаях, конечно отношение уже далеко не добродушное," , с улыбкой говорит правоохранитель.
Восстанавливаться после тяжелых смен помогает поддержка семьи, общение с друзьями и близкими. А оставаться в профессии заставляет понимание, что твое присутствие в критический момент действительно имеет значение для других.
«Я остаюсь в профессии, потому что есть желание помогать людям. Чтобы они знали, что к ним есть кому приехать и оказать помощь. В такое время это, пожалуй, самое важное», - заключает Арут Арзуманян.