Запорожье – город, где воздушные тревоги диктуют школьное расписание, а детство проходит между укрытиями, уроками и постоянным напряжением. После пандемии и более четырех лет полномасштабной войны это влияет не только на обучение, но и самочувствие детей и атмосферу в семьях. Мы поговорили с психологом академического лицея Екатериной Кондратенковой о том, как изменилось состояние запорожских школьников, какие сигналы нельзя игнорировать и что помогает детям держаться в этих условиях.
«Это нормальная реакция на ненормальные условия»: как война меняет детей в Запорожье и что с этим делать родителям
16:44, 7 апреля
Общество «Процент дезадаптированных детей по сравнению с довоенным периодом увеличился примерно на три-пять процентов, – рассказывает Екатерина Николаевна. – Если говорить проще, то сейчас в каждом классе появляется один-два ребенка, которые испытывают трудности с адаптацией. И это не редкие случаи, а уже определенная тенденция».
Для первоклассников это особенно заметно. Мотивация учиться у детей иногда падает: «Я не хочу, не буду, потому что не умею». И часто это не о нежелании, а о том, что дети действительно не умеют, потому что не могли этому научиться: часть не посещала садики, не все родители имели ресурсы, чтобы подготовить их в школу. Некоторые дети становятся рассеянными, непоседливыми, плохо запоминающими материал.
«Часть базовых навыков, которые давали детсады в мирное время, сейчас формируются уже в школе, и это создает дополнительную нагрузку. Если есть безопасность, внимание и базовые условия, составленные в единую систему, ребенок будет обязательно показывать результат. Но когда этого нет, то появляются те трудности, которые родители хотят "исправить". На самом же деле мы не об исправлении, а о поддержке: важно увидеть, что сейчас происходит с ребенком, и двигаться по его потребностям, а не только по ожиданиям взрослых».
В средней и старшей школе проблемы другие. Переход из начальной школы всегда стрессовый – это новые учителя, большие нагрузки, другой коллектив. Особенно это может быть ощутимо для детей, которые вынуждено из-за полномасштабного вторжения сменили место жительства.
«Ребенок может говорить: "Я не хочу с этим сидеть" или "Я не хочу с этим общаться". И здесь уже вопрос не только в учебе, а в том, как ее/его воспринимают в коллективе, с кем он/она дружит, с кем коммуницирует, – объясняет психолог. – В этом возрасте очень важна самооценка, и она сильно страдает, если есть высокие ожидания от родителей».
Екатерина советует родителям снизить требования, мнимую планку и перевести фокус с оценки на процесс.
«Вчера у тебя не получалось, а сегодня ты смог. И в этом процессе ты уже молодец. И это уже результат, это прогресс. Важно поддерживать ребенка именно об этом, а не только требовать оценки», – говорит она.
Тревожность, замкнутость и бегство в гаджеты: что происходит с подростками
Обострившиеся из-за войны психологические трудности не всегда заметны сразу. По словам психологов, многое зависит от того, насколько внимательны родители к состоянию ребенка и есть ли в семье стабильность. Если взрослые интересуются жизнью ребенка, его самочувствием, поддерживают режим дня и договариваются о правилах, то изменения в поведении можно заметить на раннем этапе. В семьях, где этого не хватает или на это просто нет ресурса, тревожные сигналы становятся очевидными уже тогда, когда проблема обостряется из-за нарушения сна, смены аппетита или жалобы на головные боли, боли в животе или ногах.
«Все это нормально в ненормальных наших условиях, – успокаивает психологиня. – Организм так реагирует на стресс, и это не значит, что с ребенком что-то не так. Вопрос в том, как быстро взрослые заметят и как отреагируют».
В таких случаях, по словам психологи, разговор с родителями начинается не с эмоций, а с базовых вещей. Она уточняет, есть ли у ребенка стабильный режим дня как организованно питание, знают ли взрослые о его привычках и предпочтениях. Также важно, проходил ли ребенок медицинские обследования, получает ли необходимую поддержку для физического здоровья и сколько времени проводит в гаджетах. Без этой основы, объясняет специалист, говорить о психологической помощи сложно, сначала должны быть закрыты базовые нужды.
В то же время, родители не всегда замечают менее очевидные сигналы. Если ребенок спит и нормально ест, это еще не значит, что он чувствует себя хорошо. Особенно это касается детей, которые не привыкли открыто говорить с семьей – они могут умалчивать о страхах, стесняться делиться переживаниями или просто не знать, как это сделать.
В результате тревога накапливается и может проявляться в критические моменты, например во время взрывов или воздушных тревог. Если у ребенка нет четкого алгоритма действий и оказывается сам дома или дорогой из школы, это лишь усиливает чувство беспомощности. Именно поэтому, отмечает психологиня, такие сценарии важно проговаривать заранее и отрабатывать вместе с ребенком
«Это должен быть отработанный сценарий: если ребенок сам дома и небезопасно, то он должен понимать, что делать: перейти в безопасное место, взять телефон, воду, зарядку и позвонить родителям. Если ребенок на улице – обратиться ко взрослому и действовать по плану. Такой алгоритм дает ощущение покоя и контроля: не опасность управляет мной и не тревога, а я знаю, что делать – раз, два, три. Это снижает тревожность и у детей, и у родителей, и об этом важно говорить».
Помимо тревожности и физических проявлений стресса психологи фиксируют и изменения в социальном поведении детей. Усилились трудности с коммуникацией: после длительного дистанционного обучения подростки 10–11 классов медленнее разогреваются в живом общении.
Они могут закрываться в своем мире и не хотеть выходить на контакт. И тогда без сотрудничества с родителями школа не может это изменить, говорит психологиня. – Дети в Запорожье стали более гибкими, но в то же время более тревожными, чем их сверстники, живущие в более безопасных регионах».
Гаджеты только усугубляют эти проблемы. Их влияние не всегда заметно сразу, но постепенно накапливается: ребенку становится сложнее сосредоточиться, растет тревожность, появляются проблемы со сном. Фактически мозг работает без пауз как техника, которую не выключают и не дают «перезагрузиться».
«Наши дети – это зеркала»: как родителям сохранить доверие и поддержать ребенка
Родители остаются главной опорой для ребенка и одновременно его отражением. Именно в семье формируется способ реагирования на стресс, опасность и конфликт, где дети подсознательно копируют эти модели поведения. Если взрослый не справляется с эмоциями, ребенок тоже не научится их регулировать.
«Наши дети – это наши маленькие зеркала. Они смотрят на взрослых и получают собственный опыт, как реагировать на опасную ситуацию, как вести себя в конфликтах, можно ли себя успокоить и как это делать. Поэтому первый вопрос, который стоит задать себе: а как я сам себя успокаиваю? Какими способами я справляюсь со стрессом? Если эти способы не здоровы, ребенок также будет их перенимать. И это касается не только эмоций, но и поведения – профилактика вредных привычек никуда не исчезла, она просто изменилась и дополнилась новыми вызовами. Если взрослый не может себя успокоить, ребенок тоже не научится это делать», – подчеркивает Екатерина Кондратенкова.
В то же время, ключевым условием доверия является безусловное принятие. Когда ребенок чувствует, что его не оценивают и не наказывают за эмоции, он готов говорить о своих страхах и переживаниях. В противном случае – закрывается и переживает все самостоятельно.
«В опыте ребенка часто есть страх: меня накажут, обесценят, я недостаточно хорош. И только в тех семьях, где есть безусловное принятие, когда ребенка принимают со всеми его "недостатками", невнимательностью, гиперактивностью или поведением, не отвечающим ожиданиям взрослых - он готов говорить о своих проблемах. Там появляется доверие» – говорит психологиня.
Психологиня также обращает внимание на баланс между свободой и ответственностью в семье. Когда ребенку что-то разрешают, но не объясняют последствия и не формируют ответственность, он не учится осознавать свои действия. В семьях, где есть доверие, ребенок готов разделять эту ответственность с родителями: может честно сказать о неудаче, например, про плохую оценку, и понимает, что с этим делать дальше. Если же доверия нет, ребенок, как правило, умалчивает о проблемах и не стремится их исправлять. Поэтому безусловное принятие и поддержка остаются ключевыми условиями для формирования ответственности и открытости.
Агрессия или резкое изменение поведения у детей чаще всего не возникает «на ровном месте». Психологиня объясняет: это сигнал о внутренних трудностях, способ показать, что ребенку чего-то не хватает или он не справляется с эмоциями. Такие реакции могут являться ответом на слова родителей, запреты, давление или непонимание. И здесь ключевую роль играет внимательность взрослых, она помогает вовремя увидеть причину, а не только следствие.
«Каждая эмоция нам нужна, чтобы сообщить о трудностях, которые испытывает ребенок. И задача родителей понять, что стоит за этой реакцией: это ответ на слова, запреты или поведение взрослых. Особенно это заметно в подростковом возрасте, когда протест и негативизм становятся способом общения. Тогда важно не давить, а договариваться: Окей, давай подумаем, на что ты готов, чтобы получить то, чего хочешь».
Реакция взрослых в таких ситуациях становится определяющей, именно она либо обостряет конфликт, либо помогает его прожить и разрешить. Поэтому специалистка советует начинать с базы - стабилизировать собственное состояние. В напряжении родители часто действуют резко, что усиливает тревожность ребенка. Вместо этого важно говорить спокойно, договариваться, а не контролировать, и оставлять простор для доверия.
«Шаг номер один в любой экстренной ситуации – это остановиться и выдохнуть. В стрессе мы реагируем импульсивно, и это не помогает ни нам, ни ребенку. Сначала стабилизируем себя, а потом уже говорим с ребенком», – советует она.
Ежедневное внимание к ребенку, простые вещи типа разговора, объятий или короткого сообщения, формирует чувство безопасности. В то же время, важно не игнорировать резкие изменения в поведении, ведь они могут сигнализировать о внутреннем напряжении или переживании.
Даже в сложных условиях войны поддержка родителей и понятные правила взаимодействия помогают ребенку ощущать почву под ногами и постепенно справляться со стрессом.